Реклама на портале
породыуходразведение покупки общениеконкурсы отдых литература энциклопедия
породыуходразведение покупки общениеконкурсы отдых литература энциклопедия
энциклопедия брема
словарь терминов
чудовища
кунсткамера
Фотографии



на главную страницуновостикарта сайта пишите нам
Реклама: заказ осетинских пирогов по низким расценкам



Рассылки@Mail.ru
Энциклопедия Брема


Content.Mail.Ru

   Поводок | Энциклопедия | Энциклопедия Брема |

  Черный дрозд (Turdus merula)



  А    Б    В    Г    Д    Е    Ё    Ж    З    И    Й    К    Л    М    Н    О 
  П    Р    С    Т    У    Ф    Х    Ц    Ч    Ш    Щ    Э    Ю    Я    
Черный дрозд (Turdus merula) отличается от своих сородичей, хотя и не особенно резко, сравнительно короткими и тупыми крыльями. Оперение старого самца равномерно черное; глаза бурые, края век ярко-желтые, клюв оранжевый, ноги темно-бурые. У старых самок верхняя часть туловища матово-черного цвета, нижняя по черно-серому фону испещрена по краям светло-серыми пятнами. Длина птицы 15 см, размах крыльев 35, длина крыла 11, а хвоста 12 см.

Черный дрозд живет в Европе во всех подходящих для него местах, начиная от 66 градуса северной широты. Кроме того, он водится в западной Азии, северо-западной Африке, на Мадейре, на Канарских и Азорских островах. На южном Каспийском побережье, в Мазендеране черный дрозд, по словам Вальтера, считается самой обыкновенной птицей. Он встречается и далее на востоке, где повсеместно выводит птенцов, держась течения рек и в садах горных деревень. Только отдельные экземпляры, выросшие на крайнем севере, предпринимают зимой путешествие на юг, но и те перекочевывают на зиму не дальше юга Швеции.

Дрозды живут в разных странах и в различных условиях, но преимущественно в лесу. Не такие разборчивые, как мелкие певчие птицы, они селятся повсюду: не только в роскошных лесах плодоносных долин или девственных лесах тропических стран, но и в северных лесах, и в тощих кустарниках степей. Они находят себе пристанище, вполне удовлетворяющее их требованиям, даже за пределами произрастания лесов, непосредственно под глетчерами и между ними. Однако лишь немногие виды остаются из года в год на том же месте. Большинство из них, как никто из других птиц, проявляют страсть к перелетам. Те дрозды, которые появляются у нас в качестве редких гостей, пролетают почти половину земного шара. Они прилетают с Дальнего Востока, Камчатки, пересекают даже Берингово море и попадают в Европу, перелетев всю Азию. «О некоторых из них, — говорит На-уман, — можно подумать, что они перебрались к нам парочками или несколькими экземплярами, а затем испугались слишком дальнего путешествия назад. Когда наступившее время года пробудило в них стремление к размножению, они вывели птенцов и воспитали их на чужбине. Невольно удивляешься, представляя себе то необозримое пространство, которое пролетели они, и притом в такое короткое время, ведь на своем пути они неизбежно должны были колесить, а не лететь стремительно в одном направлении, так как встречались различные препятствия, к тому же требовалось время для отдыха и приискания себе необходимой пищи». Какая, собственно, причина побуждает дроздов совершать подобные путешествия, трудно сказать наверное.

Все дрозды очень даровиты, подвижны, ловки, умны. Они одарены тонкими чувствами, большим певческим искусством, всегда резвы, беспокойны и любят общество, хотя их нельзя назвать миролюбивыми существами. С раннего утра до позднего вечера видишь их в постоянном движении. Только полуденный жар некоторым образом ослабляет их деятельность. Движениями своими они во многом напоминают других певчих птиц. По земле они проворно прыгают большими прыжками. Если заметят что-нибудь особенное, то, подобно маленьким певчим птицам, спешат к этому месту, подняв хвост кверху, а крылья опустив книзу. По ветвям дрозды прыгают проворно и ловко, через большие же расстояния перепархивают с помощью крыльев. Полет дроздов превосходный. Испугавшись, большинство видов принимается довольно неуклюже порхать около земли или от одного куста к другому, если таковые имеются. Однако эти же птицы, поднявшись в высоту, несутся по воздуху с необыкновенной быстротой. Лучше всех летают певчие дрозды, белобровики и белозобые; хуже всех вследствие коротких крыльев — дерябы и черные дрозды. У дерябы полет кажется тяжеловатым и косым, но и он способен быстро перелетать большие расстояния, тогда как черный дрозд несется над самой землей, летит с продолжительными перерывами и слабо машет крыльями, но при этом крайне быстро производит крутые повороты.

Органы чувств развиты у дроздов равномерно. Они замечают на коротком расстоянии самое крохотное насекомое и, несясь высоко в воздухе, отлично различают все предметы, лежащие на земле. Слух у них тоже очень острый. Они не только прекрасно слышат, но и различают звуки, что можно видеть из их пения. О развитом вкусе дроздов говорит их любовь к лакомствам. Относительно остальных чувств мы не можем составить никакого мнения. В умственных способностях этой птицы никто не станет сомневаться. Они не только умны, но даже хитры, не только пугливы, но и расчетливо осторожны. Они смелы и вместе с тем недоверчивы, очень скоро понимают и судят довольно верно. Для обеспечения собственной безопасности дрозды умеют пользоваться всякими средствами. В лесу они исполняют обязанности сторожей, их услугами пользуются не только их собратья, но и другие птицы, и даже млекопитающие. Все сколько-нибудь замечательное, необыкновенное, новое привлекает их внимание. Они с явным любопытством приближаются к поразившему их предмету, чтобы лучше разглядеть его, но и тогда не отдаются легкомысленно на произвол судьбы, а держатся в благоразумном отдалении. Те дрозды, которые выросли в глухих безлюдных лесах севера, легко поддаются на обман: их можно завлечь на приманку или в ловушку, посадив туда их товарищей. Впрочем, опыт скоро научает птиц уму-разуму, и те, которые были раз обмануты, вторично таким же способом не попадут впросак. У большинства дроздов отмечается потребность жить в обществе.

По голосу и пению все дрозды более или менее похожи друг на друга, однако есть и различия. Призывный голос дерябы звучит как «шнерр» и весьма походит на тот звук, который производят, проводя палочкой по зубам гребенки. В возбужденном состоянии к этому «шнерр» прибавляется «ра-та-та». Если птица испугана, то слышится не поддающееся описанию карканье, которое издают большинство дроздов при таких же обстоятельствах. Призывный голос певчих дроздов состоит из сипло-свистящего, чуть слышного «цып», к которому часто прибавляется слог «так» или «тэк». При особенном возбуждении они издают более протяжный призыв, звучащий как «штикс-штикс-штикс». Призывный голос рябинника состоит из быстрого и резкого «чак-чак-чак», к которому присоединяется громкое «гри-гри», когда он зовет к себе других дроздов. Призывный голос белобровика звучит высоким «ци», за которым следует низкое «гак»; в испуге он издает трещащее «шерр» или «черр». Белозобый дрозд приманивает звуками «тэк-тэк-тэк», между которыми прорывается низкий звук «так», но и эта птица трещит подобно другим сородичам. Наконец, черный дрозд призывает к себе трелью «сри» и «трэнк»; при виде чего-нибудь подозрительного он издает звучное и пронзительное «дикс-дикс», а когда надо спасаться бегством, за этим криком следует торопливое «гри-гих-гих». Все эти звуки, которые, само собой разумеется, могли быть выражены нами только приблизительно, при различных обстоятельствах значительно меняются. Но они совершенно понятны для всех дроздов, так как один вид отвечает на призывный голос других. Что же касается крика предостережения, то ему повинуются решительно все. Дрозды могут считаться лучшими певцами среди прочих певчих птиц, и первенство между ними в этом отношении принадлежит нашему певчему дрозду. Почти так же хорошо поет черный дрозд, за ним следует деряба и рябинник. Норвежец с гордостью называет певчего дрозда «северным соловьем», а поэт Велькер за его прекрасные песни — «лесным соловьем». Пение его разнообразно, звучно и мелодично. С нежными, как звук флейты, переливами перемешиваются, правда, чирикающие, негромкие и не совсем приятные тоны. Но это не портит прелести общего впечатления. Черный дрозд в пении почти не уступает певчему; у него есть много строф замечательной красоты, только его песня не такая веселая, как у даровитого сородича, а скорее торжественная и даже печальная. Песня дерябы состоит всего из пяти-шести строф, не особенно разнообразных, но зато полнозвучных, вследствие чего это пение также может считаться отличным. То же самое можно сказать про пение белобровика и белозобого дрозда. «Пение дроздов, которому, конечно, недостает роскошных переливов соловья, — говорит Чуди, — звучит веселым хором на тысячу ладов по всем лесам и вносит невыразимо радостную жизнь в строгую тишину горных ландшафтов». Замечательно поведение дрозда во время пения: его пение стоит, по-видимому, в разладе с его привычками. Многие птицы сопровождают свои песни оживленными движениями; дрозды же во время пения сидят совершенно смирно, и самая песнь их льется спокойно и торжественно, как церковное пение. Каждая отдельная строфа вполне закончена, каждый звук округлен; при этом пение дрозда более приспособлено к лесу, чем к комнате. Как у большинства хороших певцов, самцы стараются перещеголять друг друга в пении. Стоит только одному дрозду начать свою песню, как другой, заслышав его, тотчас спешит присоединиться к нему. Поэтому один, так сказать, учится у другого. Талантливые ученики обучают прекрасных учеников, плохие — губят целое поколение. Особенно легко черный дрозд перенимает звуки от других своих собратьев, даже от чужестранных птиц, и становится иногда настоящей пересмешкой.

Пища дроздов состоит из насекомых, слизней и червей, а осенью и зимой также из ягод. Все дрозды собирают себе пищу большей частью с земли и потому ежедневно проводят здесь по нескольку часов. Из лесу они слетаются на луга и поля, на берега рек и ручьев и на другие места, обещающие им добычу. Здесь они подбирают прямо с земли или роются клювом в опавшей листве, чтобы раздобыть себе еду. На пролетающих мимо насекомых они мало обращают внимания, хотя некоторые дрозды при случае не без ловкости охотятся на них. Большинству видов чрезвычайно нравятся ягоды, причем вкусы их разнятся: одни дрозды любят один сорт ягод, другие — другой. Так, деряба до крайности падок на омелы, повсюду ищет ее и ожесточенно ссорится из-за нее с другими дроздами. Уже древние утверждали, что омела размножается благодаря дроздам, и надо признать, что это мнение имеет достаточно оснований. Белозобый дрозд тотчас же после вывода птенцов пускается со своим семейством на выискивание черничника и ест такое множество черники, что мясо его становится синим, кости — красными, а оперение пятнистым. О том, что рябинник вполне заслуженно носит свое прозвище, и говорить не приходится: он зимой усердно выискивает рябину и так много поедает оставшейся на ней ягоды, что мясо его приобретает своеобразный вкус. Кроме того, все дрозды едят землянику, малину, ежевику, красную смородину, красную и черную бузину, бруснику, черемуху, крушину, вишню, виноград и т. п.

Вскоре после своего прибытия на родину дрозды принимаются за устройство гнезд. Впрочем, у тех, которые живут на севере, время размножения наступает не раньше начала июня. Многие виды, в том числе рябинники и белозобые дрозды, сохраняют свою общительность и во время сидения на яйцах, тогда как другие в период размножения уединяются и ревниво охраняют отвоеванный участок. Расположение гнезд бывает различно, в зависимости от вида и местопребывания наших птиц. Само же гнездо в существенном у всех одинаково.

Нередко бывает, что дрозды буквально нападают на приблизившихся неприятелей, бросаются на них и летают над самыми головами, стараясь запугать их. Если храбрость не помогает, то они пускаются на хитрости, притворяются больными и хромыми и делают вид, будто с великим усилием порхают и прыгают по земле. Таким способом они уводят неопытного врага все дальше и дальше от гнезда, и, когда цель достигнута, торжествующе вспархивают и стремительно улетают обратно к своим птенцам. После 14—16-дневного усердного насиживания из яиц вылупляются птенчики. В продолжение трех недель родители кормят их насекомыми и окружают всевозможными заботами. Затем птенцы становятся способными летать. Через несколько недель после вылета из гнезда птицы начинают линять, и к наступлению зимнего отлета они уже одеты в новое оперение.

За исключением черных дроздов, все наши дрозды осенью покидают свою родину и перекочевывают в южные края. Для видов крайнего севера уже Германия может служить местом зимовки, но громадные стаи птиц тянутся обыкновенно в южную Европу. Здесь во время зимних месяцев всюду кишат дрозды. Все дрозды совершают зимние путешествия многочисленными обществами, иногда громадными стаями, в которые собираются на севере. Они летят необыкновенно высоко, по всей вероятности, на высоте более 2000 м. Во время путешествия такие стаи разбиваются на отдельные небольшие группы, но между ними сохраняется некоторая связь, так что при случае они рассаживаются на нескольких квадратных километрах и каждый большой куст имеет своего жителя.

«Если бы я был судьей, то право первенства присудил бы между птицами дрозду, а среди четвероногих — зайцу», — говорил римский поэт Марциал, восхваляя превосходное мясо дроздов. Другие натуралисты прежних времен уверяют, что этой птицей можно с успехом пользоваться как лекарственным средством против некоторых болезней, они даже с точностью описывают способ приготовления такого лекарства. Можно предположить, что дрозды уже в те давние времена истреблялись в таком же количестве, как и теперь, хотя тогда, может быть, еще не применялись птицеловные токи и волосяные силки, которые вошли в употребление в позднейшее время. Впрочем, теперь в Германии оба способа ловли мало-помалу оставляются. В Италии, Испании и Греции, напротив, дроздов истребляет всякий, и трудно даже определить, какое количество этих птиц уничтожается там.

Для неволи пригодны все виды дроздов. Впрочем, их звучное, громкое пение слишком оглушительно для тесной комнаты, а их необыкновенная прожорливость имеет весьма неприятные последствия, которые нельзя устранить даже при самом строгом соблюдении опрятности. Зато в большом помещении, устроенном на свободе, дрозды могут доставлять одно лишь удовольствие. Их резвость и подвижность скоро завоевывают им общие симпатии, а бесподобное пение тем приятнее, что оно услаждает слух любителей уже в первые, холодные месяцы года, когда другие птицы еще безмолвствуют.

Черный дрозд (Turdus merula)
Черный дрозд (Turdus merula)


Отряд
Воробьинообразные (Passeriformes)
Подотряд
Певчие (Oscines)
Семейство
Дроздовые (Turdidae)


  А    Б    В    Г    Д    Е    Ё    Ж    З    И    Й    К    Л    М    Н    О 
  П    Р    С    Т    У    Ф    Х    Ц    Ч    Ш    Щ    Э    Ю    Я    




ПОИСК
По сайту
В конференции
В энциклопедии
Кроме конференций
 
Все для животных в зоосупермаркете «Соленый Пес»
АНОНС
Рогатая акула обычна у берегов Австралии. «Я часто, — говорит Гааке, — ловил ее на удочку...
АНОНС
Сеть дорожек в виде бороздок, ведущих от одной норы к другой, покрывает нередко обширные равнины...
АНОНС
Несмотря на такое резкое разграничение цветов, животное производит приятное впечатление, которое еще более увеличивается, если приходится видеть его в живом виде...
породыуходразведение покупки общениеконкурсы отдых литература энциклопедия
  © 2000 - 2014 Lavtech.Com Corp. Project of Lavtech.Com Corp.