Реклама на портале
породыуходразведение покупки общениеконкурсы отдых литература энциклопедия
породыуходразведение покупки общениеконкурсы отдых литература энциклопедия
энциклопедия брема
словарь терминов
чудовища
кунсткамера
Фотографии



на главную страницуновостикарта сайта пишите нам



Рассылки@Mail.ru
Энциклопедия Брема


Content.Mail.Ru

   Поводок | Энциклопедия | Энциклопедия Брема |

  Острорылый крокодил (Crocodylus acutus)



  А    Б    В    Г    Д    Е    Ё    Ж    З    И    Й    К    Л    М    Н    О 
  П    Р    С    Т    У    Ф    Х    Ц    Ч    Ш    Щ    Э    Ю    Я    
Наиболее известным американским представителем крокодилов является острорылый крокодил (Crocodylus acutus). Рыло у него очень длинное, узкое и заостренное, длина его превосходит ширину основания в два раза, сверху оно более-менее выпукло и слегка сморщено. Другими отличительными признаками служат: вздутая продольная кайма на выпуклом рыле, 4 передних затылочных щитка, расположенных в один ряд, 6 больших задних затылочных щитков, расположенных обычно в два ряда, но иногда и иначе и, наконец, спинные щитки, расположенные в 4—6 продольных рядов и отделенные от затылочных щитков заметным промежутком. Голени снабжены гребешком. Верхняя сторона тела окрашена в темный оливково-бурый цвет, нижняя же сторона чистого светло-желтого цвета. Взрослые экземпляры достигают в длину до 67 метров, находящиеся же в европейских коллекциях экземпляры чаще всего имеют в длину 3,5 метра.

Острорылый крокодил водится на значительной территории южно-американского материка, в средней Америке и Вест-Индии, преимущественно же в пресных водах Эквадора, Новой Гренады и Венесуэлы, Юкатана, Гватемалы, южной и средней Мексики, Кубы, Сан-Доминго, Ямайки, Мартиники и Флориды. Таким образом, он живет почти во всех странах и на больших островах, лежащих между 30 градусами северной и 5 градусами южной широты.

Нижеследующее описание образа жизни представляет собой извлечение из данных, приводимых А. фон Гумбольдтом в разных местах относительно острорылого и оринокского крокодилов. «Начиная от Диаманта, — говорит знаменитый натуралист, — тянется область, густо населенная зверями, и местами она оказывается настоящим царством ягуаров и крокодилов. Один берег реки, вследствие наводнений, пустынный и песчаный, другой — выше и покрыт высокоствольными деревьями; там и сям река ограничена с обеих сторон деревьями. Большие степные четвероногие: тапиры, пекари и ягуары проложили в береговой чаще тропинки, которые служат им путями к реке для питья. Так как они не убегают при виде лодки, то можно наблюдать, как они медленно проходят по берегу и скрываются в какой-нибудь узенькой просеке. Чувствуешь, что находишься среди девственной природы, среди нового мира! То появляется на берегу ягуар, то по берегу медленно шествует гокко; животные различных классов заменяют друг друга. «Здесь находишься точно в раю», — сказал наш рулевой, старый индеец из миссии. Действительно, все напоминает здесь первоначальное состояние мира, о безгрешности и благополучии которого у всех народов существуют издавна благочестивые предания. Но, наблюдая здесь взаимное отношение зверей, мы видим, что они боятся и избегают друг друга; золотой век прошел, и в этом раю американских лесов, как и везде, долгий горький опыт научил всех тварей, что сила и кротость редко совмещаются в живом существе.

«Там, где плоский берег значительной ширины, ряды кустарников удаляются от реки. В этой промежуточной области можно видеть разом несколько крокодилов, числом от 8 до 10, лежащих на песке, с раскрытыми под прямым углом челюстями; покоятся они друг возле друга, не выказывая взаимного расположения, какое мы наблюдаем у животных общественных. Они расходятся в разные стороны, лишь только сойдут с берега, однако, по всей вероятности, группа эта состоит из одного самца и нескольких самок, ибо самцы попадаются довольно редко. Они, вероятно, в период спаривания дерутся друг с другом, и многие погибают в этих боях. Эти мощные пресмыкающиеся так многочисленны, что на всем протяжении реки их можно каждое мгновение видеть по 5—6 штук, хотя Апуре только начала наполняться водой и, следовательно, сотни крокодилов еще лежали, зарывшись в ил саванн».

В реке Невери этих чудовищ масса, даже вблизи ее устья, они пробираются, особенно во время штиля, вплоть до открытого моря. «Легко понять, — продолжает Гумбольдт, — что животное, у которого тело заключено в панцирь, не очень чувствительно к едкости соленой воды. Это наблюдение имеет значение для геологии ввиду удивительного смешения окаменелых морских и пресноводных животных».

«В четыре часа вечера мы принялись измерять мертвого крокодила, выброшенного волной на берег. Он имел только 5,24 метра в длину. Несколько дней спустя Бонплан нашел другого самца, имевшего длину 6,8 метра. Во всех странах, как в Америке, так и в Египте, эти животные достигают указанной длины. Второй вид, часто попадающийся в Ориноко, представляет из себя не каймана или аллигатора, но настоящего крокодила с зазубренными на наружных краях голенями. Он похож на нильского крокодила и называется аруе у таманаков. Крокодил в Апуре движется очень быстро и проворно, когда он нападает; если же он не возбужден гневом или голодом, то ползает медленно, как саламандра. При движении их слышен шум, по-видимому, производимый трением накожных щитков один о другой. Часто мы на берегу слышали невдалеке этот шум щитков. Утверждение индейцев, что старые крокодилы, подобно броненосцам, могут приподымать свои чешуи и весь свой панцирь, оказывается несправедливым. Они во время движения изгибают спину, и ноги их кажутся длиннее, чем во время покоя. Они движутся по большей части прямо или, как стрела, которая по временам меняет свое направление. Поворачиваются они при желании очень легко, несмотря на небольшие ложные ребра, которые, прикрепляясь к шейным позвонкам, по-видимому, затрудняют движение вбок. Я часто наблюдал, как молодые экземпляры кусают себе хвост; другие наблюдали то же самое и у взрослых крокодилов. Что их движение почти всегда кажется прямолинейным, происходит оттого, что они, подобно ящерицам, движутся толчками. Они плавают превосходно и пересиливают легко самое сильное течение; впрочем, мне показалось, что они не могут быстро поворачиваться, когда плывут вниз по реке. Однажды громадный крокодил начал преследовать в реке большую собаку, сопровождавшую нас на пути из Каракаса. Он уже был совсем близко от собаки, которая избежала опасности единственно благодаря тому, что повернулась и поплыла против течения. Крокодил тоже повернулся, но гораздо медленнее собаки. Собака же тем временем благополучно достигла берега».

Впрочем, нрав острорылого крокодила, как об этом высказывается в нескольких местах Гумбольдт, бывает различен, смотря по местности, в которой он живет. В некоторых реках его очень боятся, в других не очень или совсем не боятся. «Привычки животных одного вида, — так говорит Гумбольдт, — по-видимому, бывают различны в зависимости от местных влияний, выяснить которые очень трудно. В Рио-Буритуку предупреждали нас, чтобы мы не позволяли нашим собакам пить из реки, так как в ней водятся очень свирепые крокодилы. Эти крокодилы, говорили нам, выходят нередко из воды и преследуют собак на берегу. Эта смелость тем более удивительна, что в Рио-Тизанао крокодилы довольно робки и безвредны. Точно так же и в Рио-Невери, в которой встречается много больших крокодилов с щучьим рылом, они не столько злы, как в Ориноко. В связи с развитием культуры в различных местах, а также с более или менее густым населением вблизи рек изменяются, вероятно, также привычки этих больших пресмыкающихся. Они становится боязливыми на суше и даже убегают от человека, когда они не голодны и когда нападение связано с некоторой опасностью. В новой Барцелоне можно наблюдать, как индейцы доставляют на рынок лес; они бросают в реку большие брусья, которые увлекаются течением. Владелец эке, вместе со своим старшим сыном, плывет то по одну, то по другую сторону брусьев и сдвигает с мели бревна, остановившиеся в извивах реки. В большинстве же рек, где водятся крокодилы. подобная перевозка запрещена.

В желудке одного крокодила в 3,6 метра длины мы, т.е. Бонплан и я, по вскрытии, нашли рыбу, наполовину переваренную, и круглые камни, величиной 8—10 см. Нельзя предполагать, чтобы крокодилы случайно проглатывали эти камни, ибо, когда они на дне реки схватывают рыбу, их нижняя челюсть не касается дна. Индейцы придумали неудачное объяснение, будто эти ленивые животные добровольно прибавляют себе веса, чтобы легче нырять. Я думаю, что они проглатывают большие камни для переваривания пищи в желудке, подобно многим птицам, также для большего выделения желудочного сока. Исследования Мажанди говорят за такое воззрение. В Апуре они имеют обильную пищу, именно водосвинок, которые живут по берегам рек группами в 50—60 штук. Эти несчастные животные не обладают вовсе оружием для защиты: они плавают немногим лучше, чем бегают. В воде же они становятся добычей крокодилов, а на суше их пожирают ягуары. С трудом можно понять, как они могут быть столь многочисленны при двух таких сильных врагах. Можно представить себе наше удивление, когда мы увидели, что громадный крокодил лежит без движения и спит среди этих грызунов. Он проснулся, как только мы приблизились в нашей лодке, и медленно направился в воду, причем даже не обеспокоил водосвинок. Наши индейцы объясняли это равнодушие свинок их глупостью; но, по-видимому, водосвинки по опыту знают, что крокодил в Апуре и оринокский не нападают на суше, разве только случайно схватывают добычу, отправляясь с берега в воду.

Опасности, которым подвергаются жители Ориноко, служат у них предметом ежедневных разговоров. Они изучили привычки крокодила так, как бойцы быков привычки последних, — они знают движения крокодилов и их способ нападения и заранее определяют степень их смелости. Если туземцы видят, что крокодилы им угрожают, то прибегают с полным присутствием духа и с решимостью, свойственной индейцам, замбо (помесь индейцев с неграми) и вообще цветным туземцам, ко всем средствам, известным им с детства. В странах, где природа представляет столько ужасов и опасностей, человек всегда приготовлен к обороне. Молодая индианка, которая без посторонней помощи высвободилась из пасти крокодила, сказала: «Я знала, что кайман меня отпустит, если я ему придавлю глаза пальцами». Эта девушка принадлежала к бедному классу населения, у которого привычка к нужде увеличивает душевную силу. Но по истине поразительно наблюдать в странах, где часто бывают землетрясения, что у женщин из высших слоев общества в момент опасности появляется подобная же находчивость и решимость.

Крокодил вследствие строения своей глотки и язычной кости и вследствие складчатости языка может схватить добычу под водой, но не может ее там проглотить. Поэтому часто человек, схваченный крокодилом, тотчас исчезает, и только спустя часа два можно видеть, как показывается крокодил не очень близко от того места, где произошло несчастье, и проглатывает свою добычу. Тем не менее редко охотятся на этих опасных хищных животных. Они очень хитры, а потому их нелегко убить. Пуля тогда лишь бывает смертельна, если она попадет в пасть или под мышку. Индейцы, редко пользующиеся огнестрельным оружием, нападают на них с копьями, когда крокодилы попадаются на острые, крепкие железные удочки, к которым, в виде приманки, прицеплено мясо; и то индейцы подходят только тогда, когда крокодилы долго промучаются, стараясь освободиться от железа. Невероятно, чтобы такая охота могла совершенно очистить страну от крокодилов, так как из многочисленных рек каждый день приходят новые полчища от восточного склона Андов через Мету и Апуре к берегам Испанской Гвианы. Результатом усиленной охоты будет лишь то, что крокодилы сделаются боязливее и поэтому их легче прогнать».

В Южной Америке из убитых крокодилов извлекают мало выгоды. Гумбольдт упоминает только, что жир каймана служит прекрасным слабительным, а белое мясо в некоторых местах охотно употребляют в пищу.

Острорылые крокодилы имеют не много опасных врагов, кроме человека. Часто рассказывают о битвах между крокодилами и большими удавами, но эти рассказы не заслуживают ни малейшего доверия. Вообще крокодилы обращают внимание только на животных, могущих служить им добычей, к остальным же они остаются совершенно равнодушны. Гумбольдт рассказывает, что маленькая белоснежная цапля часто бегает по спине и даже по голове крокодила, а он не обращает на это никакого внимания. Здесь мы видим случай, аналогичный тому, как относится крокодил к своему «сторожу». Шумливые обитатели их реки, по-видимому, не нравятся крокодилам: Гумбольдт видел, что крокодилы ныряют, если близко к ним подходят дельфины. Старые крокодилы хорошо защищаются против нападения других животных; молодых же подстерегают ревностно и с успехом различные болотные птицы и грифы.

Относительно их размножения есть старое исследование Уллоа. «Они откладывают, — так описывает он, — в течение двух дней, по крайней мере, 100 яиц и, помещая их в ямках в песке, прикрывают и барахтаются сверху, чтобы скрыть следы. Вслед за этим они удаляются на несколько дней, по прошествии которых возвращаются в сопровождении самца, разрывают песок и разбивают скорлупу яиц. Мать помещает затем молодь к себе на спину и несет их в воду. По дороге к воде нескольких утащит гриф, самец съест столько штук, сколько может, даже мать пожирает тех, которые упадут или же не умеют плавать, так что в конце концов остается не более 5 или 6 штук.

Грифы очень любят яйца крокодилов и поэтому летом, как часовые, скрываются на деревьях, следя внимательно за самкой во время кладки. Как только она удалится, они набрасываются на гнездо, разрывают клювом и когтями песок и вступают из-за яиц в драку». Едва ли нужно упоминать о том, что у Уллоа правдоподобное перемешано с фантазией. Правдоподобное подтверждено Гумбольдтом. «Крокодилы, — рассказывает он, — кладут яйца в отдельные ямки, и самка возвращается ко времени созревания яиц, зовет молодых крокодилов, те ей отвечают, и она помогает им выйти из земли». Я не знаю, наблюдал ли Гумбольдт лично вышесказанное или передает слышанное им. Мне же не удалось найти то место в его сочинении, на которое он указывает. Впрочем, это становится несколько правдоподобным после новейших исследований Фельцкова над нильским крокодилом. Молодые крокодилы предпочитают широким и глубоким рекам маленькие лужи и рвы с водой. Во рвах, окруженных камышом, их находят в таком изобилии, что они там кишат, как черви.

По исследованиям Гумбольдта, оринокский крокодил подвержен летней спячке. «Ниже впадения Рио-Араука, — говорит он, описывая свое путешествие, — появилось крокодилов больше, чем прежде, особенно сравнительно с большим озером, соединенным с Ориноко. Индейцы сказали мне, что эти крокодилы пришли с суши, где они лежали под илом саванн. После первого ливня они пробуждаются от оцепенения, собираются массами и направляются к реке, где снова расходятся. Под тропиками они пробуждаются тогда, когда становится более влажно; в умеренных же странах, Джорджии и Флориде, их пробуждает усиливающаяся жара. Эта жара выводит их из состояния оцепенения или ослабления нервов и мышц, во время которого дыхание совсем прекращается или, во всяком случае, очень сильно ослабевает. Время сильной засухи, неправильно названное летом жаркого пояса, соответствует зиме умеренного пояса. Поэтому замечательно с физиологической точки зрения то, что в Северной Америке аллигаторы вследствие холода находятся в зимней спячке, а крокодилы в то же самое время в льяносах находятся от жары в летней спячке. Вероятно, что аллигаторы и крокодилы, принадлежащие к одному семейству, жили когда-нибудь вместе в северных странах. Переселившись к тропикам, они тем не менее и в новом климате ведут тот же образ жизни и чувствуют потребность дать отдохнуть своим мускулам, проработавшим 6—7 месяцев. Нам показали хижину или скорее род сарая, где с нашим хозяином произошел весьма удивительный случай. Однажды он спал со своим другом на обтянутой кожей скамейке; вдруг он рано утром просыпается от сильных толчков, шума и стука глыб земли, ударяющихся о хижину. Немного погодя, под скамьей появляется молодой крокодил, длиной в метр, и направляется к собаке, лежащей на пороге дверей. Собака, конечно, обращается в бегство, а крокодил поспешно идет к берегу и входит в реку. Исследовали почву под скамьей, и странное приключение объяснилось. Оказалось, что в высохшем, сильно разрытом теперь иле крокодил лежал в летней спячке и проснулся от шума людей и лошадей, а может быть, и от запаха собаки. Хижина стояла у пруда и часть года бывала под водой. Несомненно, что во время наводнения саванн крокодил попал в ту яму, из которой видели его выходящим. Итак, мы видим, что в льяносах жара и зной оказывают на зверей и на растения действие, подобное холоду. Многие пресмыкающиеся, особенно крокодилы, неохотно покидают лужи, в которых они во время разлития реки нашли воду. Чем больше эти водоемы высыхают, тем более они зарываются в ил, следуя за влагой, необходимой для того, чтобы сохранить гибкость их покровов. В этом состоянии покоя наступает у них оцепенение; они хотя не совершенно отрезаны от доступа воздуха, но этот доступ воздуха очень мал. Впрочем, его достаточно для поддержания дыхания у животного, которое хотя и имеет большие легочные мешки, но не производит никаких мускульных движений и приостанавливает всякое жизненное проявление».

Наиболее известный и, если можно так выразиться, знаменитейший из всех крокодилов, нильский, издревле служил предметом для верных описаний и баснословных рассказов. Уже Геродот описал его, о нем упоминается и в Библии. Первый в точности описывает то, что он сам видел во время своего пребывания в Египте, а в книге Иова мы находим прекрасное и вполне характерное описание крокодила под названием «Левиафана». «Образ жизни крокодила, — так приблизительно рассказывает Геродот, — следующий: он живет на суше и в воде, откладывает и высиживает яйца на суше, где и проводит большую часть дня. а на ночь возвращается в реку, так как вода ночью теплее, чем ясное небо и роса. Он становится из самого маленького самым большим между всеми животными. Яйца его не больше гусиных» и детеныши сначала очень незначительной величины; но, выросши, он имеет в длину 17 локтей. У него четыре ноги, глаза как у свиньи, большие выдающиеся зубы, языка нет. Он не двигает нижней челюстью, но, наоборот, приподнимает верхнюю, что не свойственно ни одному животному. Когти у него большие, кожа, покрытая чешуей, не может быть отделена от спины. В воде он слеп, на воздухе же он обладает острым зрением. Так как он живет в воде, то рот его наполнен пиявками. Его избегают все птицы и звери, с птицей же TrochUus он живет в дружбе, потому что она ему полезна. Когда он, выйдя на сушу и повернувшись против ветра, лежит с раскрытой пастью, тогда в эту пасть входит трохил и поедает пиявок; крокодилу эта услуга нравится, и поэтому он оставляет птицу невредимой. В течение четырех холодных зимних месяцев он не принимает никакой пищи. В Египте называют его не крокодилом, а хампсой; ионийцы же называют его крокодилом ввиду сходства с ящерицами, бегающими по стенам их садов».

Другие старинные писатели, такие, как Аристотель, Диодор Сицилийский, Сенека, Страбон, Плиний, Плутарх, Максим Тирий, Дий Кассий, Элиан, Флавий Вописк и Аммиан Марцеллин, писали также о нильском крокодиле и сообщали многое, заслуживающее внимания. Впрочем, они лишь немного пополнили пробелы в описании Геродота, которое лишь мало противоречит действительности. Зато они бесхитростное описание этого писателя украсили различными сказаниями.

Много сведений, сообщенных ими, собрано Геснером, и мы передадим их здесь со слов Форера, переводчика «Книги животных» Геснера. «Это животное (крокодил) — водное, хотя иногда и выходит на сушу, и его следует назвать водным крокодилом, в отличие от наземного, никогда не заходящего в воду. Этот водный крокодил находит пищу в воде, а для дыхания должен высовывать морду на воздух, где и дышит посредством легких. Поэтому он не может обходиться ни без воды, ни без воздуха. Ночь он обыкновенно проводит в воде, а днем выходит на сушу и лежит на солнце так тихо и неподвижно, что его можно, по неопытности, принять за мертвого. Пищей служит им все, что попадается навстречу: люди, как старые, так и молодые, всевозможные звери, телята, собаки и разные рыбы. Все это они пожирают, разорвавши когтями. Сперва они убивают жертву ударами хвоста, который у них очень силен. Эти животные очень плодовиты, носят яйца внутри тела в течение 60 дней, затем, откладывая в течение 60 дней по одному яйцу, кладут 60 яиц, величиной с гусиные. Высиживают они яйца в течение 60 дней, по истечении которых выходит молодь. Яйца они откладывают в сухой земле, на песчаных, теплых местах. Высиживают яйца как самец, так и самка, причем они, по словам Solinus'a, чередуются. Нет ни одного животного, которое из такой незначительной величины в начале жизни достигло бы впоследствии столь большого роста, именно, из яйца, как сказано, величиной с гусиное, вырастает крокодил, достигающий длины в 26 локтей. Впрочем, некоторые пишут, что его рост не останавливается в продолжение всей жизни, которая длится в течение 60 лет.

Крокодил, животное лживое, хитрое, неприязненное и хищное, может считаться врагом всех остальных тварей. Когда же молодь вылупится из яиц, крокодил перестает хищничать, а заботится о ней. Молодь не тотчас же хищничает, а сначала жует соломинки, травки, ящериц, мух и т.п., а затем мать их научает есть и более крупных животных.

Птичка Trochilus находится в большой дружбе с крокодилом, так как у крокодила, как у водного животного, в пасти много пиявок, и кроме того, между зубами от пищи остается много мяса, которое эта птичка очень любит. И вот, когда крокодил ложится спать на солнце, по обыкновению, с открытой пастью, птичка влетает к нему в пасть, начинает клевать и очищать зубы от мяса. Это крокодилу доставляет большое наслаждение, и потому он оставляет птичку в покое и не закрывает пасти. Если же у него явится желание, чтобы она вылетела, тогда он приводит слегка в движение верхнюю челюсть и позволяет птичке улететь неповрежденной.

Крокодилы вовсе не всегда оказываются свирепыми и вредными, если имеют достаточно рыбы или другой пищи; их можно сделать даже совсем ручными. Когда же они рассвирепеют от голода, тогда они до такой степени люты, что одним ударом хвоста убивают самых сильных животных и пожирают их с жадностью.

Самец у этих животных чувствует пылкую любовь к самкам. Проезжающие по Нилу матросы заставали часто крокодилов во время спариванья. Самка в это время лежит на спине. Матросы с сильным, неистовым криком подбегают к ней. Самец от испуга быстрым скачком скрывается в воде, самка же не может из-за коротких ног перевернуться на брюхо и бывает умерщвлена. Обыкновенно самец помогает ей поворотиться. Когда же самец возвращается и находит на том месте, где лежала самка, кровь, он делается страшно зол, преследует матросов, схватывает зубами и когтями корабль и часто подвергает его большой опасности.

Свиньи, говорят, находятся в удивительной дружбе с крокодилом: те, которые пасутся вблизи Нила, никогда не подвергаются нападению со стороны крокодила; фараонова крыса (Ichneumon) *, напротив, враждебна крокодилу и уничтожает его яйца, если только набредет на них. Когда крокодил спит с открытой пастью, ихневмон вползает ему в брюхо, изгрызает и разрывает внутренности и весь живот до тех пор, пока не выйдет, прогрызши кожу. Trochilus хорошо знает об этом и из любви и природной склонности к крокодилу, замечая подобную опасность, будит крокодила. Одно семейство обезьян, так называемые Cercopithecus, один вид диких быков и ястребы враждебны крокодилу. Особенно же вредят ему дельфины, заходящие в Нил из моря. Когда какой-нибудь из них заметит в воде крокодила, тогда, помня хорошо, что он на спине усажен очень острыми шипами и вооружен ими как бы ножами, а что брюхо у него мягкое, он тихо погружается в воду под крокодилом, затем вдруг сильным толчком разрывает ему мягкое брюхо. Подобное строение крокодила позволяет рыбе, уступающей по величине и силе такому большому и сильному зверю, побеждать его. Таким образом, каждое животное имеет природного врага, которое угрожает его жизни. Крокодил и скорпион являются также исконными врагами, и египтяне, желая представить двух равных врагов, приводили всегда в пример крокодила и скорпиона.

Я достаточно ознакомился с этим «левиафаном» во время своих путешествий, наблюдал их в Египте, Нубии и Восточном Судане, сотни их видел, во многих прицеливался, часто их убивал, держал в неволе, отведывал их мяса и яиц. Могу по совести сказать, что хорошо знаю нильских крокодилов.



  А    Б    В    Г    Д    Е    Ё    Ж    З    И    Й    К    Л    М    Н    О 
  П    Р    С    Т    У    Ф    Х    Ц    Ч    Ш    Щ    Э    Ю    Я    




ПОИСК
По сайту
В конференции
В энциклопедии
Кроме конференций
 
Все для животных в зоосупермаркете «Соленый Пес»
АНОНС
Рогатая акула обычна у берегов Австралии. «Я часто, — говорит Гааке, — ловил ее на удочку...
АНОНС
Сеть дорожек в виде бороздок, ведущих от одной норы к другой, покрывает нередко обширные равнины...
АНОНС
Несмотря на такое резкое разграничение цветов, животное производит приятное впечатление, которое еще более увеличивается, если приходится видеть его в живом виде...
породыуходразведение покупки общениеконкурсы отдых литература энциклопедия
  © 2000 - 2014 Lavtech.Com Corp. Project of Lavtech.Com Corp.