Реклама на портале
породыуходразведение покупки общениеконкурсы отдых литература энциклопедия
породыуходразведение покупки общениеконкурсы отдых литература энциклопедия
в мире животных
затерянный мир
"Тираннозавру кембрия" отказали в свирепости
Aurelia aurita
В Австралии найден "динозавр-гепард"
ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ ОБ АКУЛАХ
Кения без львов
между кошкой и собакой
чудеса
анекдоты
астрология
сонник
творчество читателей
охотничьи рассказы
animal_style
на досуге



на главную страницуновостикарта сайта пишите нам




   Поводок | Литература | "Затерянный мир" | № 5-6, 2001 |

  Подводные чудеса Галапагосских островов



Они возникают, как в сказке, — из моря в безлунную ночь. Бутылконосые дельфины ловят волну, стремительно расходящуюся в стороны от носа "Бронзового крыла", и черные, богатые планктоном воды вокруг них вспыхивают яркими огоньками. Каждый дельфин виден четко от клюва и до хвоста благодаря яркому биолюминисцентному свечению. Пенная носовая волна, белая на фоне черного моря, продолжает разбегаться прочь, и прямо по курсу можно видеть короткие вспышки там, где более мелкие существа прыскают в разные стороны, стремясь улизнуть от этих гладких блестящих торпед.

Над нами, под забитом звездами тропическом небом, изящно изгибается мачта шлюпа; мы глядим во все глаза на искрящуюся вселенную под нашими ногами. Этот вечер навсегда отпечатался в нашей памяти благодаря особенностям Галапагосских островов и бурлящим живностью водам, что их окружают. Моряки XVII века даже считали их волшебными и называли Заколдованными островами...

Растянувшись поперек экватора, Галапагосы лежат в 1000 километрах от берегов Эквадора. Они образуют вулканический архипелаг, опоясанный течениями великого Тихого океана. Именно здесь в 1835 году молодой английский натуралист Чарльз Дарвин наблюдал странные растения и животных, что позже привело к созданию его теории эволюции путем естественного отбора.

Но Дарвин никогда не видел мира п о д гладью океана, — подводный мир, который гораздо богаче, чем находящийся выше линии отлива и, может быть, гораздо более странный.

Незадолго до этой поездки я провел на Галапагосах два года, изучая разнообразие морской жизни и разные среды обитания в Эквадорском национальном парке и на научной станции "Чарльз Дарвин" на острове Санта-Крус. Данные, полученные в ходе исследований, помогли правительству принять план по защите этого чарующего подводного мира. И теперь я вернулся сюда для дальнейших исследований вместе с фотографом Девидом Дубиле и его женой Анной.

Мелвилл только намекнул на скрытую красоту...
По контрасту с унылым, покрытым кактусами берегом морская среда представляет собой калейдоскоп красок и форм. Писатель Герман Мелвилл, автор знаменитого "Моби Дика", однажды уловил лишь намек на эту скрытую красоту, когда написал: "Под водой скала кажется пчелиной сотой, состоящей из маленьких гротов, которые выстраиваются в лабиринт, позволяющий скрываться множеству стаек прекрасных рыб. Все здесь странно; и много изумительно красивого..."

Большое количество рыбы у берега, морских млекопитающих и морских птиц — это признак богатства вод, которые окружают эти уникальные острова. Ведь именно здесь холодное Перуанское, или Гумбольдтово, течение становится несущимся к западу Южным экваториальным течением. С января по май, когда Перуанское течение ослабевает, на остров обрушиваются тропические воды из Панамского залива, и иногда это длится несколько месяцев кряду.

Струи глубоководного Экваториального субтечения несут здесь холодные, полные питательных веществ воды к поверхности. Это помогает объяснить наличие здесь столь многих морских видов, принадлежащих умеренному климату.

Морские биогеографы считают эти воды выдающейся биотической областью. Но тем не менее тут было проведено немного исследований, и это несмотря на то что почти 25 процентов известных нам местных водорослей, беспозвоночных и прибрежных рыб нигде на Земле больше не встречаются. Ни в каком другом месте нельзя увидеть, как и морской лев, и пингвин одновременно грациозно скользят вдоль кораллов...

Добро пожаловать в чудо
Некоторые из здешних обитателей кажутся чем-то близким настоящему чуду. Только на Галапагосах можно увидеть травоядных рептилий, которые облепили покрытые лавой берега, тем самым заняв нишу, как будто специально придуманную для них. Это морские игуаны, дышащие воздухом и выходящие в море, чтобы понырять и поесть: они щиплют своими мелкими, острыми, как бритва, зубами зеленый ковер водорослей, устилающий дно.

За шесть недель я, Дэвид и Анна восемь раз пересекали экватор и ныряли там, где до нас мало кто вообще плавал. Мы открывали крутые подводные горы, чьи отвесные склоны уходят в бездну на сотни метров, и искристые лагуны, покрытые кораллами. Мы изучали песчаные пещеры, которые днем кажутся очень скучными, но ночью в них можно увидеть гигантских морских звезд — целый метр в поперечнике — и леса ярко-оранжевых трубковидных морских карандашей.

Легко можно было заметить, что различные зоны на суше островов являются отражением климатических условий в море. К северу флора и фауна очень похожа на ту, что можно найти в тропиках на западе. Рыбы-попугаи, которым поклонялись мавры, и черный спинорог, все мигранты из Индийского и Тихого океанов селятся вокруг колоний кораллов.

На юге и западе, где берега омывают холодные воды, среди массы известковых трубчатых червей и инкрустированных губок доминируют разные виды из теплых и умеренных вод Южной Америки — такие, как зеленушка-арлекин и рыба-каторжник. Здесь микроорганизмы часто образуют густой планктоновый бульон, и огромные китообразные — такие, как кашалот или финвал — часто навещают эти места, чтобы поживиться.

Наконец, центральный район архипелага — это комбинация из разных отдельных зон. Но большая часть организмов здесь — таких, как белополосая рыба-ангел и желтохвостый хирург — происходят из континентальных вод у берегов от Эквадора до Мексики.

Когда море спокойно, как мельничный пруд, в раннем утреннем свете мы направляемся к северу из залива Академический на борту "Бигля-3", 21-метрового судна со стальным корпусом, принадлежащего исследовательской станции "Чарльз Дарвин". Мы проплываем мимо скатов мант — иные достигают более трех метров в поперечнике и весят с полтонны; они кормятся близ поверхности, выставив свои замечательные "рожки" и втягивая планктон ртом.

Морские львы шалят в нескольких километрах от берега. "Иногда они проводят по много дней в море, охотясь за рыбой, а потом возвращаются на берег", — говорит Фриц Трилмих.

Фриц, бородатый ученый из Германии, теперь работает на исследовательской станции в Санта-Крусе, изучая экологию и поведение галапагосских морских львов и котиков. Его предварительные открытия указывают на то, что эти животные, классические обитатели вод умеренного пояса, выработали у себя особые навыки для жизни под тропическим солнцем. Спаривание и территориальные споры морских львов, например, почти всегда происходят в воде, видимо, чтобы животные не подвергались перегреву.

Незабываемое погружение
После двух дней плавания под парусом в северном направлении мы достигли острова Марчена, где надели на себя водолазные костюмы и нырнули с борта. Здесь мы обнаружили самое фантастическое собрание тропических рыб, какое кто-либо из нас видел в своей жизни. Усевшись на глубине в девять метров у подножия большой подводной скалы я поднял голову и увидел, как наш долговязый рыжий капитан, Фидди Ангермейер, исчез в потоке барабулей; их желтые хвосты отражали золото солнечных лучей, пробивавшихся с поверхности.

В этом скопище рыб морские окуни выглядывают из трещин в скале и видят зеленых мурен почти двухметровой длины; полуоткрыв рот, они вступают в схватку за территорию. Поблизости рыба-бабочка наводит чистоту, при помощи своего заостренного клюва выклевывая крошечных паразитов с чешуек и плавников других рыб. Здоровенные каранксы мельтешат перед глазами, а целые облака терапонов плотными отрядами несут патрульную службу.

Я насчитал 40 видов (10 из них — эндемики) за 15 минут. После двух дней ныряния мы поплыли на запад. Когда "Бигль" обогнул остров Изабелла, самый большой на Галапагосах, из тумана перед нами выступила громада скалы Редонда. Находясь в 24 километрах от ближайшей земли, эта скала, кишащая птицами, лежит у места слияния теплого и холодного течений. Огромные волны бьются об утесы, и белая пена откатывается обратно в открытое море.

С расстояния мы засекли несколько кашалотов, выпускающих струи воды, и стайки прыгучих дельфинов. Вода под нами представляла собой настоящий "суп" из тысяч существ в пару сантиметров длиной, напоминающих медуз, — при этом видимость сократилась почти до нуля. Я быстро проверил температуру. Это была вода из холодного течения. Типичная для западного края архипелага.

Позже этим же днем мы достигли пещеры Тагус. На глубине в 18 метров мы встретили удивительного нетопыря Дарвина, застывшего на грубом коричневом песке лавового происхождения. У него удлиненное рыльце, сияющие плавники и ярко-красные губы. Эта уроженка Галапагосов принадлежит к экзотической группе, которая целиком приспособилась к жизни на самом дне. Поднимаясь со дна на своих ходулеобразных плавниках, она передвигается как бы в летаргическом сне, медленными прыжками, иногда помогая себе взмахами хвоста.

На следующее утро мы доплыли до невероятного места — мыса Эспиноса, где собираются рептилии в невообразимом количестве. На пятачке, чья площадь едва насчитывает 100 квадратных метров, в полном согласии проживают 2500 морских игуан. Цепляясь острыми коготками за валуны, покрытые водорослями, эти миниатюрные морские драконы кишат на дне, проводя за трапезой под водой порой до 10—15 минут. Мы были просто поражены тем, как легко к ним можно приблизиться. На самом деле, когда сильная струя подводного течения буквально бросила нас к поверхности, камера Дэвида уткнулась в одну из пасущихся игуан. Но, игнорировав тычок, животное продолжало вертеть головой из стороны в сторону, впиваясь в заросли водорослей и отдирая их с корнем.

Только когда мы приближались к ним во время погружения или же на поверхности, они выказывали признаки страха. Прижав конечности к туловищу, игуаны уплывали от греха подальше, волнообразно шевеля телом и хвостом. В море, полном акул, эти легкоуязвимые животные умудряются избегать хищников, но как им это удается, неясно.

Также на мысе Эспиноса мы уловили мелькающих под водой маленьких галапагосских пингвинов. Буквально зависнув на середине движения, они вдруг срывались с места и молниеносно бросались за своей добычей, мелкой рыбешкой.

Вернувшись на нашу базу в заливе Академический, мы взяли другую лодку и направились на север, к островам Венман и Кулпеппер. С помощью течения Энкантада, чья скорость достигает двух узлов, наша двухмачтовая шхуна с мотором быстро промчалась по заросшему зеленью морю до этих островов, находящихся на расстоянии 300 километров.

Ныряющие олуши и дельфиний эскорт
Наше приближение заметили и приветствовали целые полчища краснолапых олуш. Не привыкшие к обращению с лодками, некоторые даже врезались в мачты, но приходили в себя с изумительной быстротой. Сотни дельфинов провожали нас, распределившись в воде от носа до кормы. Картину спокойной морской глади повсюду нарушали панцири нежащихся на солнце зеленых черепах.

Густая растительность и тысячи гнездящихся птиц делают эти острова настоящим оазисом в безбрежном море. Мы же прибыли к этим редко посещаемым островам ради галапагосских акул. Бросив якорь у берега Кулпеппера, мы приготовились к послеполуденному погружению.

Я заранее всех предупредил, что хотя мы и встречали акул повсюду на Галапагосах, но именно это место может нас разочаровать. Какая наивность! С той самой секунды, как мы коснулись воды, акулы четырехметровой длины окружили нас со всех сторон.

Я нырнул первым. Борясь с сильным течением, нашел приют в разросшейся колонии кораллов метрах в 13 ниже. Пока я наблюдал, как погружаются Дэвид и Анна, окаймленные лучами солнца, пять металлически-серых галапагосских акул устремились на меня из тумана.

Я прижался спиной к кораллам, и одна проплыла прямо у меня над головой, а ее брюхо промелькнуло в метре от моей маски. Через несколько мгновений после того, как мы все вжались в щели между зарослями кораллов, появились еще акулы, и еще. Мы насчитали шестнадцать, одновременно кружащихся вокруг нас. По счастью, акулы не выказывали признаков агрессивности и постепенно все уплыли прочь.

Наступило внезапное, но какое-то напряженное затишье. Куда делись все рыбы? Поглядев вверх, мы увидели, как не более чем в десяти метрах от нас ходят 24 массивных акулы-молота. Со своими странными глазками на самых окончаниях хрящевых выступов эти животные образовали настоящий отряд, выстроившийся от верха до низа водяного столба.

Известны случаи, когда крупные молоты нападали на человека, и нам сразу начали представляться неаппетитные картины того, как мы попадаем в акулье меню. И в то же самое время мы были захвачены их грациозностью.

Что привело столько хищников в место, весьма небогатое рыбой? И почему эти акулы плавали таким хорошо организованным строем? Строй, как считается, призван смутить и отпугнуть хищника. Возможно, у акул он служит каким-то иным целям, может быть, связанным со спариванием.

Акулы не единственные крупные животные Галапагосов, которые нам явились. Почти в каждое наше погружение за нами увивались дружелюбные морские львы. Эти "собаки моря" пощипывали наши ласты и игриво тыкались в фонари и баллоны. В бухте Джеймса мы ныряли в изумрудно-зеленые лавовые гроты, где проживали когда-то служившие объектами охоты, а теперь находящиеся под защитой галапагосские котики. Застенчивые на суше, под водой они демонстрировали нам свою врожденную любознательность и почти привязанность.

Водная "земля" новых возможностей
В отличие от сухопутной живности Галапагосов, наблюдение которой подтолкнуло Дарвина к формулировке его концепции эволюции, морская среда у этих островов совсем не полностью изучена и оценена учеными и натуралистами.

За последние пять лет Галапагосы посетило, возможно, больше людей, чем за предшествующие пять столетий. И хотя большинство из них приезжает изучать местные чудеса на суше, с каждым годом становится все больше исследователей, заходящих и в воду.

Служба Эквадорского национального парка, которая управляет Галапагосскими островами, осуществила ряд значительных шагов по сохранению местной природы; самое известное из подобных мероприятий — это, вероятно, восстановление численности гигантских черепах, которым угрожало вымирание. Теперь правительство планирует расширить границы парков, чтобы поместить под охрану и хрупкую морскую среду.

Уже принятое решение дает надежду на то, что этот уникальный мир под водой выживет и останется непотревоженным, принося и радость и пользу будущим поколениям людей.



   25.07.2001
ВСЕ СТАТЬИ РАЗДЕЛА



ПОИСК
По сайту
В конференции
В энциклопедии
Кроме конференций
 
Вступайте в Клуб Много.ру и получайте подарки за товары для ваших питомцев и ветеринарные услуги!
ЧИТАТЬ ЕЩЕ
Новый грызун
Карабкаемся вверх и вниз... на атомной энергии
Антарктический монстр
Смерть и жизнь спрятаны в янтаре
АНОНС
Киевский зоопарк приветствовал посещение Поводка шумом, клекотом, свистом, рычанием и другими, иногда трудно поддающимися словесному обозначению звуками.
АНОНС
В летние месяцы Таллиннский зоопарк организует «поздновечерние экскурсии»...
АНОНС
Тут вы не встретите тесных клеток и не увидите животных с печальными глазами, тут все живут так, как им хочется в своем естественном мире. Это парк для истинных любителей животных и тем, кто побаивается «зверских морд»...
породыуходразведение покупки общениеконкурсы отдых литература энциклопедия
  © 2000 - 2014 Lavtech.Com Corp. Project of Lavtech.Com Corp.